 У проблемы школьной 12-летки традиционные обострения каждые полгода.Не успел народ забыть о сутолоке вокруг обсуждения законопроекта Гриценка, который пытался вернуть в украинскую школу в «добрую» советскую 10-летку, как возник новый вызов – может, 11 лет – самое то?
Эффект déjà vu от обеих линий аргументации.
С одной стороны, говорят о европейских традициях – будто бы в случае возвращения к 11-летке Украина «снизойдет» до рекордно короткого в Европе срока школьного обучения – вместе с РФ, Беларусью и Казахстаном, который все же планирует внедрить 12-летку с 2015 года. Поэтому придется вернуться к ненавистной и постылой учебе по субботам и смириться с потерей средств, брошенных на подготовку новых программ, учебников и прочих методических ресурсов.
Как будто достаточно увеличить срок учебы или внедрить в школах пятидневку – и европейский уровень образования падет на наши школы манной небесной.
С другой стороны, жалуются на традиционную нехватку денег, возмущение родителей и панически негодуют по поводу перспективы обучать беременных старшеклассниц, ученический статус которых при 12-летней модели выходит далеко за пределы легального брачного возраста – 17 лет согласно украинскому законодательству.
Как будто власть обещает исправно профинансировать хотя бы 11-летку или найти средства на подготовку новых учебников взамен «морально списанных» старых.
Есть и третья сторона, главный аргумент которой состоит в аккуратной политизации ситуации во имя соответствующих политических дивидендов.
Как будто проблема 12-летки возникла вчера, а все ведущие политсилы не «прикладывали руку» к ее плачевному нынешнему состоянию.
Другими словами, вопрос не свеж и, тем не менее, все еще актуален до отвращения. Однако главный его вызов состоит не в сроке обучения. И не в деньгах. А в изменении концептуальных подходов к образованию. В том числе, со стороны власти.
Школе нужна не «энная» сумма денег на конкретный проект, а пересмотр системы ее финансирования в целом.
Не секрет, что образование в нашей стране финансируется по остаточному принципу. То есть денег на школу дают не столько, сколько нужно, а сколько остается после силовых и других «породистых» ведомств. Для сравнения – средства, предлагаемые правительством в «образовательный» бюджет составляют 1,7% нашего ВВП, а в Израиле он «весит» около 5% их ВВП.
При этом даже средства, четко определенные бюджетом, и наука, и образование недополучают на 40-50%. Еще процентов 20-30 от запланированных средств съедает инфляция. В итоге – наша школа попрошайничает, выпрашивая деньги у родителей и управленцев.
И, хотя в бюджете деньги закладываются в расчете на ребенка, на местном уровне все меняется с точностью до «наоборот». Природный отбор в лице недофинансирования оставляет исключительно так называемые защищенные статьи. Остальное зависит от милости местных бюджетов. Обиднее всего, что местных чиновников образование в роли нищенки прекрасно устраивает. Ведь это «мы дали»! Зачем власти рыночные механизмы финансирования школ, если именно практика административного деления средств в «ручном» режиме делает ее всевластной?
Наконец, финансирование нашего образования страдает крайне низкой эффективностью. По данным Минобразования, уровень обеспечения школ современными средствами образования составляет около 24,5%. При этом 70% средств, получаемых школой, идет не на повышение качества образования, а на оплату ставок и коммунальных платежей!
Значит, школа нуждается не только в деньгах, но и в эффективном администрировании их расходования.
Нам говорят: давайте откажемся от 12-летки, потому что все плохо. Да и родителям не нравится то, как это внедряется в школе. Но ведь это – результат государственной политики. Согласно этой же логике, стоит вовсе отказаться от еды после невкусного блюда – вместо того, чтобы его приготовить иначе.
Понятное дело – если большинству региональных школ недостает кадров, ресурсов и финансирования, если двое учителей часто «читает» сельской молодежи из учебника по 8 учебных предметов каждый, то с этим что-то нужно делать. Можно просто укрупнить школы с целью экономии, как предлагает министр, а можно обеспечить интегрирование и кооперацию их усилий.
Для этого, как минимум, довести до ума реформу образовательных округов и утвердить проект Положения об образовательных округах, который путешествует коридорами Кабмина почти полгода. А еще обеспечить сквозную систему управления качеством образования, которую трудно представить без обязательного независимого оценивания абитуриентов и мониторинга качества знаний учеников 2-3, 5-8 и 10 классов, отмененного нынешней весной по инициативе господина Табачника.
За хорошее качество не грех отдать и последние гроши. Но как знать, что оно хорошее?
Расскажу о показательном случае. Моя подруга в канун прошлого дня знаний задала собственным детям неожиданный вопрос: «А зачем вы идете в школу?». Обе дочки (с разным темпераментом, разными вкусами, разными интересами) одинаково отвечают: «Друзей увидеть, давно не видели, учительницу. Посмотреть, выросли ли мы по сравнению с другими». «За школой скучаете?», – строго поинтересовалась подруга. «За школой – да, а за учебой – нет», – дружно ответили дочки.
Очевидно, при всей нашей бедности – не в цене дело.А в том, что мы за нее хотим. 12-летка ведь – не только деньги, не только их администрирование. Это – кадры и перспективные технологии.
Другими словами, не в том вопрос, сохранятся ли те 2-3 «лишних» года. А в том, чем мы их готовы наполнить! Если профильной учебой и новыми технологиями, которые гарантируют участие школьника в образовательном процессе, а не его отупляющее наблюдение за ним, – оно того достойно!
А если тем, что есть сейчас, – не стоит и копья ломать.
Если ребенок-переросток в старшей школе так же ненавидит учиться, как и в начальной, если его по старинке до краев наполняют знаниями без понимания, где их можно применить, нет смысла его задерживать там дольше срока.
Однако это вовсе не значит, что 12-летка не нужна всем без исключения украинским школьникам. И совершенно в другом качестве.
|
