|
Табачник в случае рассекречивания тестов не рискует ничем, а ЗНО - добрым именем и независимостью. Может, на это и расчет?
Согласно недавнему телефонному опросу, проведенному институтом
Горшенина, только 37,5% украинцев верит в скорую перспективу изменений
к лучшему в экономике страны в связи с приходом к власти новой
политической команды. И с этой третью сограждан трудно не
согласиться. Ведь только в сказке или во сне сладкие коврижки
произрастают на кисельных берегах "по щучьему велению".
"Дерни за веревочку - дверца и откроется..."
К
слову сказать, среди многих секретов нынешнего процветания наиболее
развитых европейских стран не последнюю роль играет национальное
отношение тамошних чиновников к образовательной политике. Она
стабильна, прагматична и прогнозируема.
Во всех этих странах
видят прямую причинно-следственную связь между средствами,
адресованными образованию, качеством подготовки специалистов для
государственных нужд и благосостоянием нации.
На беду нашу, в
Украине подобная взаимосвязь очевидна не всем власть имущим. В итоге,
политика не в ладах с образованием. А политики - друг с другом. Как
следствие, наибольшую озабоченность нынешним бедственным состоянием
школы - как высшей, так и средней - демонстрируют работодатели.
На
их взгляд, немалый парадокс состоит на сегодняшний день в том, что в
условиях массовой безработицы крайне трудно подыскать хорошего
специалиста с отечественным высшим образованием.
Не случайно
они с интересом отнеслись к образовательной реформе, нацеленной на
повышение качества отбора будущих студентов. В то время как
общественность оценила в ней не менее важный аргумент - несомненное
повышение гарантий равенства прав абитуриентов на высшее образование.
Что такое невтерпеж, и как с этим бороться?
Кадровые
назначения новой власти в образовательной сфере не могли не вызвать
смуту в обществе. Причем, реакция была разной - от искреннего
недоумения до радикальных нападок на Табачника. Власть же восприняла
тревогу сограждан как атаку против команды - и замкнулась на неприятии
любых сомнений. Между тем, речь шла о рисках поспешных решений министра
как для правительства, так и страны в целом.
Наибольший резонанс
вызвало обещание существенно изменить условия вступительной кампании.
Причем незамедлительно - за три месяца до ее начала. Очевидно принцип
правовой определенности, известный даже школьникам, а уж тем более
судейскому корпусу Международного суда по правам человека, в расчет не
брался. Да и зачем?
В этой связи уместно было бы вспомнить
известную притчу о весельчаках, затеявших выкапывать картошку, спустя
лишь неделю после ее посадки с объяснением: "Уж больно кушать хочется".
Но было не смешно. А меньше всех было смешно полмиллиона школьникам и
миллиону их родителей, которым "улыбалось" играть по новым правилам,
объявленных во время игры.
Согласитесь, для подобного "экстрима" нужны более чем веские аргументы и обоснования.
О здравом смысле замолвите слово
Уместно
напомнить, что внешнее оценивание в начале этого десятилетия рождалось
совместными усилиями разных властей, в том числе и нынешнего министра
образования.
Кропотливое ваяние и внедрение этой системы было
вызвано как полным отсутствием сравнительной информации о качестве
обучения в наших школах, так и растущим недовольством в отношении
несправедливой системы поступления в университеты.
К примеру,
по результатам репрезентативного исследования мнения молодежи,
проведенного центром "Социальный мониторинг" в 2002 году на вопрос:
"Считаете ли Вы систему вступительных экзаменов в высшие заведения
образования прозрачной и объективной?" 63% респондентов ответили
категорически - нет, а 21 % поставили справедливость такой системы под
сомнение.
Независимое оценивание, как нельзя лучше, оправдало
чаяния абитуриентов. По крайней мере, согласно прошлогодним
исследованиям фонда "Деминициативы", 78% абитуриентов оценило его в
качестве эффективного средства борьбы против коррупции, а 72% их
родителей высказало доверие ЗНО как к эффективному средству
справедливого отбора в высшие учебные заведения страны.
Теперь
представьте себе недоумение и немалую тревогу людей, узнавших от
руководителя гуманитарного блока нового правительства о
незамедлительной реанимации вступительных экзаменов. К слову сказать,
реакция общественности была взята новой властью на заметку.
От
идеи повсеместного введения экзаменов вскоре отказались, пообещав их
лишь абитуриентам, окончившим школу до 2007 года и поступающим на
заочное отделение.
А что, заочникам выдают дипломы какого-нибудь
особого образца? Или, может, очередь к таким специалистам выстраивается
в присутственных местах? Согласитесь, вряд ли кто захочет заказать
проект дома у архитектора-заочника.
Наконец, о равенстве
возможностей и стартовых условий абитуриентов. Не секрет, что любое
исключение из правил перечеркивает антикоррупционный потенциал
независимого оценивания. Может, в этом и смысл грядущих изменений? Дабы
кто-нибудь обязательно стал ровнее в правах, нежели другие?
200-бальный аттестат для "моральной" поддержки учителя
Наиболее
заметной новацией, обещанной абитуриентам, стало существенное
увеличение веса среднего балла школьного аттестата - до 200 баллов.
Спору
нет. Результат учебы в школе должен учитываться при поступлении. Что,
впрочем, и было предусмотрено действующими правилами приема. Ведь
именно этот результат демонстрирует системность и стабильности знаний и
умений, приобретенных за время многолетней учебы в школе.
Однако
не секрет, что в условиях, когда школы в Украине не обеспечивают
надлежащий уровень образования, одно и то же количество баллов школьной
оценки в разных школах может существенно отличаться по качеству.
Объяснение,
что речь идет о "мере, направленной на повышение морального авторитета
учителя", трудно назвать убедительным. По крайней мере, учителями это
воспринимается как неумелая попытка заигрывания.
В
действительности, такая новация лишь увеличит психологическое давление
на учителя, провоцируя "погоню" родителей за школьными баллами в
последние месяцы учебы.
Моральный авторитет учителя вряд ли от этого повысится. Другое дело - реальное повышение оплаты труда и улучшение его условий.
Перевод тестов, или медвежья услуга школьнику
Теперь о гуманности перевода тестов на языки обучения. На самом деле, таковым он является лишь на первый взгляд.
Согласно
последнему приказу Табачника тестовые задания в спешном порядке должны
быть переведены на крымскотатарский, молдавский, польский, русский,
румынский, венгерский языки. Мол, на родном языке тесты сдавать легче и
комфортнее.
Тем временем, в Украине, как и во многих других
европейских странах, вузовское преподавание ведется на государственном
языке. При этом Конституция допускает "применение" других языков как
средств коммуникации, а также их изучение в качестве отдельных учебных
предметов.
Другими словами, все равно преподавать в вузе будут на
украинском языке. Кому же в таком случае облегчают жизнь авторы идеи
массового перевода тестов?
Согласитесь, глупо игнорировать шанс
овладения украинской речью за счет государства с младых ногтей, дабы
потом терять бессонные ночи на борьбу со словарем и диктофоном.
Да
и потом нереально все это - за три месяца до вступительной кампании.
Во-первых, дорого. Одна тестовая тетрадь стоит около 70 гривен.
Во-вторых,
никто не возьмется в такой спешке гарантировать безопасность тестовой
информации. Она обязательно при таком массовом переводе "всплывет" в
интернете или других подобных источниках. Спросите у рядового
абитуриента, что ему важнее: комфорт или уверенность в том, что сосед
не пишет по домашней заготовке?
Есть еще один любопытный момент.
Табачник в случае рассекречивания тестов не рискует ничем, а ЗНО -
добрым именем и независимостью.
Может, на это и расчет?
|
